Портал тувиноведения

Tuva.Asia / Новые исследования Тувы

English version/Английская версия
Сегодня 16 декабря 2019 г.
28 августа 2014 Тува. Общество

Чимит-Доржу Ондар - один из творцов советской Тувы

Чимит-Доржу Ондар - один из творцов советской ТувыЧимит-Доржу Баировича Ондара можно без всякой натяжки назвать олицетворением и одним из творцов советской Тувы. Не той, зашореной идеологическими догмами, успевшей почувствовать кнут политрепрессий, а Тувы, переживавшей первую волну индустриализации, строившей заводы, школы, больницы, жилье и дороги, досрочно выполнявшей планы пятилеток и готовившей из тувинцев первых летчиков, сварщиков и инженеров. Эта Тува остается в памяти поколений 50-х — 80-х годов прошлого века сгустком деятельного энтузиазма, восторга от трудовых свершений и ощущения значимости их личного вклада в эти дела. Грядущей осенью республика отметит не только два столетних юбилея, но и 70-летие вхождения Тувы в состав СССР, начала этапа, который для Чимит-Доржу Баировича начинался с должности простого механика, а завершился — на посту Председателя Верховного Совета Тувинской АССР. Но он и сейчас в гуще всего происходящего в Туве, в минутной готовности прийти на помощь, поддержать добрым словом, поделиться дельным советом. Делиться ему, и правда, есть чем, как убедился наш корреспондент.

— Помните ли вы, Чимит-Доржу Баирович, свой первый рабочий день?

— Конечно, помню. Сразу после института меня, необстрелянного студента, направили на должность механика строящегося кызылского пивзавода. Волновался сильно. Шел-то я туда лишь с нагруженным до отказа багажом теоретических знаний, опыта работы не было, а он в нашем деле — главное. Вроде бы такая элементарная вещь — намотать сальник центробежного насоса, в теории эту операцию можно знать досконально, а вот на практике без должного опыта правильно сделать не удастся. В общем, первый день, впрочем, как и долгие последующие месяцы, я только и делал, что учился применять полученные на студенческой скамье знания на практике. Моими учителями тогда были слесари. Порой они даже подшучивали надо мной. Попросят, например, передать ключ «на двенадцать», я начинаю искать его. Один посмотрю — не тот номер, второй — опять не тот. Все содержимое ящика с инструментами приходится перетряхивать. А они: «Чего копаешься-то — вон он. Чему вас, инженеров, в институте только учат?» — и ну смеяться. Сами-то, конечно, на глаз определяют, какой у ключа номер.

Тогда, помню, я себе и поставил цель — работать хоть сутки напролет, но в кратчайшие сроки разобраться в своей про­фессии на практике. Бывало, ночами сидел, тот же насос «по винтикам» разбирал, а затем собирал, читал инструкции и если бы так сверхурочно не работал, долго бы в профессии «плавать» пришлось. Век живи — век учись…

— Сталкивались ли вы с задачами, которые с первого взгляда казались просто нерешаемыми?

— Да, постоянно. Но особо помнится, как мы строили высоковольтную линию в Сарыг-Сеп. Я тогда работал начальником строительно-монтажного управления Сельэлектрострой. Главной проблемой тогда стало возведение опор линий электропередачи через Енисей в районе Кок-Тея. Там сейчас мост, а тогда ходил паром. На этой линии только металлические конструкции можно было использовать, а их перевозить в собранном виде не позволяла дорога. Работы, едва начавшись, скоро прекратились. Что делать? Мы со сварщиком Тоскачом — очень толковый парень, имени я его, к сожалению, не помню — сели мараковать. Я говорю: «На заводе же эти опоры делают, а почему в поле не попробовать, чертежи же есть». Позвали еще одного инженера, посидели, покумекали, а потом погрузили все детали на машину и повезли. На берегу все сварили и установили. Так в Кызыле впервые появилась металлическая опора, и линию электропередачи перебросили через реку. Теперь, когда там проезжаю, всегда вспоминаю нашего Тоскача.

— Наверное, трудностей не убавилось и когда вы стали работать директором асбестового комбината в Ак-Довураке?

— Еще бы! В то время там работали высококвалифицированные специалисты с Урала, а я, во-первых, оказался среди них самым молодым — мне тогда только двадцать восемь лет исполнилось, а во-вторых, был самым из них необученным: по профессии-то я — инженер-электромеханик, а там — горное дело. Мне казалось, что каждое мое слово или действие они воспринимали, как дилетантство. Если честно, здорово перепугало меня это назначение. Через Долгополого обратился к Салчаку Токе с просьбой хотя бы на месяц отправить меня на «Ураласбест», гремевший в то время на всю страну. Там я и познавал азы горного дела, минерального обогащения, техническую сторону асбестового производства, принцип работы подобных фабрик. Когда вернулся, мне все равно казалось, что освоился я в профессии недостаточно.

— Почему?

— Поймите, директор — это не просто должность с приличным окладом, а сложная многогранная работа, которую надо уметь делать так же, как мотать сальники или варить трубы. Если ты — директор и не знаешь предприятие, которым управляешь, очень скоро весь коллектив от уборщицы до заместителя будут относиться к тебе, в лучшем случае, как к чудаку. Мягко говоря. Меня такая перспектива не устраивала. Поэтому для начала я спрятал свою гордыню в самый нижний ящик стола в директорском кабинете и попросил главного инженера проводить все планерки и совещания на предприятии. Сам же сидел в президиуме и мотал на ус, как он это делает, что говорит. И только поняв, что я, как это сейчас говорят, уже в теме, решил проводить планерки сам. И пошло как по накатанному…

— Какие вопросы пришлось решать в первую очередь?

Главное, чему я стал уделять внимание, — кадровый вопрос. В комитете партии мне не раз говорили о том же — нужно учить местных специалистов. Приехавшую работать на комбинат молодежь я закрепил за профессионалами, у которых раньше многому учился и сам. Так прямо и сказал им на совещании — с вас буду спрашивать не столько за выполнение плана, сколько за подготовку молодых специалистов для комбината.

— Довольно рискованно с вашей стороны, учитывая то, что партию в те времена больше заботило выполнение плана…

— Шибко меня это не волновало: поговаривали, что все специалисты в скором времени вернутся, кто на Урал, кто в Казахстан, где работали до Ак-Довурака. Когда это действительно случилось, я понял, что все сделал правильно. Таким образом, мы обеспечили предприятие полноценными кадрами. План, кстати, мы все-таки выполняли.

— Кстати, о кадрах. Проблема эта и сейчас стоит перед регионом довольно остро и не только в строительстве, но и в других отраслях.

— А я считаю, что как таковой этой проблемы нет.

— Вообще-то, о ней говорят на всех уровнях власти…

— Я имею в виду, что сейчас мы обеспечены специалистами — инженерами, техниками, но дело в том, что окончив институт, многие хотят все и сразу: сразу побольше денег зашибать, занимать высокие должности. Кадры есть, вот только все они сидят за компьютерами, а работать руками никто не хочет. Но, чтобы постичь профессию, необходимо сначала поработать руками непосредственно, пострадать, если нужно. Я так думаю: окончил ВУЗ, иди сначала работать на производство, на стройку, в забой, наберись опыта, а уж потом претендуй на высокие посты.

— Я имею в виду не столько ребят с высшим образованием, сколько простых рабочих. Их ведь у нас набирают в основном с улицы, они, к примеру, зачастую не умеют даже чертежи читать.

— И это неправда. Есть у нас высококвалифицированные рабочие. На днях на даче у сына нужно было забить скважину для полива. Пришли ребята-тувинцы, высококлассные сварщики. Проблема лежит не в отсутствии кадров, как таковых, а в том, что они все разбросаны по маленьким предприятиям, которые конкурировать с крупными засаянскими компаниями попросту не могут. Их производство изначально нерентабельным получается, вот и выигрывают тендеры не наши организации, и возят кирпич из-за Саян и рабочую силу оттуда же.

— И как же решить эту проблему? Тендеры не отменить. Они определены законом, а закон надо исполнять…

— А отменять ничего и не нужно. Можно просто создать акционерное общество, которое бы занималось строительно-монтажными работами, и в которое бы вступали наши мелкие конторы, сохраняя при этом за собой свою собственность и расчетные счета. В нем были бы строительные, монтажные организации. Нелишне было бы передать ему для нужд песчаный и гравийные карьеры, железобетонные и кирпичные заводы — эта отрасль сейчас поднимается в республике. Всем этим управлял бы совет директоров.

— И какие плюсы от такого общества?

— Во-первых, у нас не было бы нужды возить строительные материалы из-за Саян, что могло бы снизить стоимость реализации проектов. Вот сейчас собираются строить ТЭС 2, рано или поздно проект начнет реализовываться, и важно, чтобы к этому моменту у нас было бы такое АО, ведь на стройках такого объекта придется задействовать, по меньшей мере, около тысячи человек. Если везти рабочих из-за Саян, придется платить им командировочные. Уже поэтому значительно экономичнее реализовать этот проект своими силами. Если мы хотим серьезно развивать отрасль, нужно заканчивать сидеть, как бедные родственники, и развивать свой собственный строительный потенциал. Более того, в пенатах такого АО могли бы набраться опыта наши специалисты, чтобы потом устроиться на крупные предприятия вроде «Северсталь», «Евраз», ТЭПК или тот же «Лунсин».

— Многие сейчас видят выход из проблем строительной отрасли в том, чтобы возродить домостроительный комбинат. Как вы считаете, есть резон возрождать его?

— На мой взгляд, в настоящее время в нем нет смысла. Во-первых, применение этой технологии ограничено лишь строительством жилых домов. Скажем, школу или детсад подобным способом не построишь. Во-вторых, сейчас эту технологию уже никто не применяет. Ни в Москве, ни в других городах России таким способом жилые дома уже давно никто не строит. И в-третьих, мы живем в сейсмоактивном регионе, и куда резоннее, на мой взгляд, на базе домостроительного комбината наладить производство сейсмопоясов. Вот это было бы актуально для Тувы.

— Какие еще проблемы, по вашему мнению, тормозят развитие строительной отрасли региона?

— Пожалуй, отсутствие строительной промышленности, то есть мы возвращаемся к тому самому кирпичу из-за Саян. Материалы у нас везут из других регионов, что, по моему мнению, и сказывается на темпах строительства в Туве. Хотя сейчас вроде кирпичное производство начинают возрождать.

— Должно быть, на фоне этой проблемы прекращение реализации проекта Хайыраканского цементного завода выглядит просто святотатством?

— Конечно! Ведь мы тогда на территории Тувы нашли все компоненты для налаживания производства цемента в нашем регионе. Сейчас бы это очень пригодилось. И если бы не перестройка, у нас бы оно было. Или взять тот же Усть-Элегестинский кирпичный завод. Я ведь тогда, помню, говорил, да просто умолял — отключите электричество, законсервируйте его, поставьте сторожей. Нет, все растащили. Но сейчас, вроде, поговаривают, что таки нашелся инвестор, который готов возрождать другой кирпичный завод, что строился недалеко от очистных сооружений.

— Какую оценку вы можете дать тому, что происходит в строительной отрасли Тувы последние год-полтора?

— То, что происходит сейчас, меня, если честно, радует. Кызыл рождается заново, одевается, так сказать, в новое платье. Работа, провернутая за последние годы, достойна всяких похвал. Но назвать это ренессансом строительной отрасли я не могу, поскольку делается это во многом руками приезжих.

— А как вы оцениваете работу местных властей в общем?

Я считаю, что республика не только будет развиваться, но и станет вполне процветающим регионом. Об этом я написал в своей книге «Путь инженера» и несу за это ответственность перед читателями. Манны небесной, конечно, ждать нельзя — Бог даром ничего не дает. И это хорошо! Если бы мы все получали «на халяву», то от безделья просто развратились бы. Еще Карл Маркс писал: нет более сильного средства развращения человека, чем безделье.

В 90-х годах мы не только пережили экономический крах, но и испытали на собственной шкуре все прелести «западной демократии». Тогда брат восстал на брата. Занялись дележом — кто в республике, в районе и на селе главный. И даже в первое пятилетие двухтысячных в республике наблюдался застой не только в экономике, но и в социальной и духовной сферах. Это стало нам своего рода уроком.

Но в конце концов к власти в республике пришли здравомыслящие люди во главе с молодым и энергичным Шолбаном Кара-оолом. Кстати, все, кто приезжал на съезд земляков в Туву по приглашению правительства республики, отмечали, что по сравнению с прошлыми годами многое изменилось в лучшую сторону в той же экономике или социальной сфере. Конечно, многим, особенно тем, кто постоянно проживает в регионе, хотелось бы видеть более разительные изменения. Но, если меня спросят о сегодняшнем положении дел, моя независимая оценка такова: в Туве формируются достаточно сильные исполнительная и законодательная структуры власти.

С приходом Шолбана Валерьевича и Кан-оола Тимуровича в тувинском обществе стало меньше неразберихи. Борьба за власть и места больше не доводится до абсурда. Кара-оол, я бы сказал, это большое приобретение для республики. Он уделяет равное внимание как экономике региона, так и социальной и духовной сферам. Конечно, и сейчас есть люди, открыто или скрытно проявляющие свое недовольство его деятельностью. Но у власти во все времена были критики. И будут. Повод для бичевания найти можно всегда. И вот что интересно: чаще всего этим занимаются люди, посидевшие в высоких креслах, что-то в них подзаработавшие для себя «на черный день» и освободившие их, мягко говоря, по профнепригодности.

Мое личное наблюдение такое. Конечно, не все получается так, как нам хочется. В своей книге я изложил, как в советское время органы госвласти Тувы решали вопросы развития народного хозяйства. Но сегодня общественные отношения, законодательная среда по сравнению с теми временами сильно усложнились, что привело к появлению новых проблем.

Прежде всего, сейчас работа региональной власти с московскими структурами имеет свою специфику. Шолбан Валерьевич и в администрации президента, и в Государственной Думе, и в Совете Федерации, и в федеральных министерствах и ведомствах показал хорошие знания проблем родной республики и страны в целом. Зарекомендовал себя человеком высокого интеллектуального уровня и, если хотите, особого обаяния, снискав уважение и признание федеральных чиновников. Он неутомимый труженик. То, что мы имеем и видим в нашей республике, — это заслуга его команды.

Есть у нас и результативный парламент. Это особый институт власти, где работают представители народа. Руководить ими, вместе с ними разрабатывать и принимать законодательные акты, способствующие динамичному развитию республики, — это особое искусство, ведь депутата с работы не выгонишь. Хорошо, что в руководстве парламента собрались люди, этим искусством владеющие.

Правда, и народ сегодня тоже стал иным, научился серьезно выбирать депутатов. Думаю, 14 сентября он изберет достойных своих представителей, нужных нам, республике, для реализации грандиозных задач.

Тувинский народ закаленный. За короткий период прошел путь от феодализма через социализм к капитализму и демократии. Наше новое поколение семимильными шагами осваивает новую цивилизацию. И это нам, думаю, по плечу.

На сайте установлена система Orphus. Если вы обнаружили ошибку, пожалуйста, сообщите нам, выделив фрагмент с ошибкой и нажав Ctrl + Enter. Ваш браузер останется на этой же странице.

Информация
Зарегистрированным читателям доступна функция комментирования публикаций. Обратите внимание: возможна авторизация через социальные сети.

ВКонтакте ОБСУЖДЕНИЕ

© 2009—2019, Тува.Азия - портал тувиноведения, электронный журнал «Новые исследования Тувы». Все права защищены.
Сайт основан в 2009 году
Зарегистрирован в качестве СМИ Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор), свидетельство о регистрации Эл №ФС77-37967 от 5 ноября 2009 г.

При цитировании или перепечатке новостей — ссылка (для сайтов в интернете — гиперссылка) на новостную ленту «Тува.Азия» обязательна.

Рейтинг@Mail.ru

География посетителей сайта