Портал тувиноведения

Tuva.Asia / Новые исследования Тувы

English version/Английская версия
Сегодня 10 августа 2020 г.

Последняя императрица. Мадам Чан Кайши и рождение современного Китая

Последняя императрица. Мадам Чан Кайши и рождение современного Китая Недавний визит президента США в Китай, как всегда бывает в таких случаях, привлек внимание к истории этой страны. В том числе - и к альтернативной. Каким мог быть Китай, если бы победа досталась не коммунистам Мао Цзэдуна, а их противникам - сторонникам Чан Кайши? На этот вопрос отвечает биография жены лидера Гоминьдана, мадам Чан Кайши.

Ханна Пакула. "Последняя императрица. Мадам Чан Кайши и рождение современного Китая" (Hannah Pakula. The Last Empress. Madam Chiang Kai-shek and the Birth of Modern China)

Мадам Чан Кайши говорила про себя: "Единственное китайское, что у меня есть - это лицо". Преувеличение, но не сильное. И не только потому, что она с десяти лет жила и училась в Америке, но и потому, что в Китае она росла в семье "западника". История отца мадам Чан Кайши не менее интересна, чем ее собственная.

"Он был крестьянским сыном. В 12 лет уехал в Америку, где получил к своей китайской фамилии Сун новое американское имя - Чарли. Он учил язык и работал на торговых судах, в порту, в типографиях, где придется. И так заработал себе на образование. В 20 лет, окончив Вандербильдский университет, он вернулся в Китай, где начал собственное издательское дело и вскоре разбогател на издании... Библии".

Его шестеро детей, включая Мэй Лин (будущую мадам Чан Кайши), выросли под влиянием западных пристрастий отца. Вразрез с китайской традицией, он готовил достойное будущее не только своим сыновьям, но и дочерям. Они получили образование в Джорджии - сначала в хорошей школе, потом в женском колледже Wesleyan College.

"Когда в 1913 году 15-летняя Мэй Лин поступила в колледж, она была не столько китаянка, сколько американская южанка, и говорила по-английски, как Скарлет О'Хара - героиня романа "Унесенные ветром". Ее внешность тогда не была многообещающей: пухленькая коротышка, с круглым детским лицом и закрывающей глаза челкой, которая ее совсем не украшала. Но к окончанию колледжа в Мэй Лин появилось что-то новое - некая уверенность в том, что ее ждет незаурядная судьба. Она явно не для того получала западное образование, чтобы коротать свои дни за игрой в маджонг".

Обе сестры Сун удачно вышли замуж. Мужем старшей стал первый (после свержения императора) президент Китая Сунь Ятсэн. А в 1927 году состоялась пышная церемония бракосочетания самой Мэй Лин с бывшим военным советником Сунь Ятсена генералом Чан Кайши. Через год он станет генералиссимусом - главой националистического правительства Китая - и пробудет им до 1949 года.

"Чан Кайши был закаленным и жестким солдатом. Он не курил, не пил, носил простую хлопковую форменную одежду и соломенные сандалии. Словно специально для эстетического контраста, мадам Чан стала к тому времени женщиной изящной и элегантной. Но гораздо важнее было то, что, несмотря на свою миниатюрность, она производила на мужчин действие, близкое к гипнотическому. В Америке, судя по слухам, у нее был роман с Венделом Уилки, кандидатом в президенты, проигравшем Франклину Рузвельту".

Чан Кайши не говорил по-английски, поэтому жена стала его главным переводчиком, а потом и советником во всем, что касалось западной политики. Воспитанная в Америке, мадам Чан Кайши сглаживала все острые углы в отношениях и самого генералиссимуса, и его правительства с Западом. И в глазах американской интеллигенции эта пара стала главной силой, модернизирующей Китай. Их подняли на щит. Журнал Time в 1938 году назвал их "мужчиной и женщиной года". В начале 1940-х мадам Чан Кайши писала для New York Times и для журнала Atlantic Monthly. Пик ее популярности пришелся на 1943 год - время ее тура по Америке, куда она приехала просить поддержки Гоминьдану (Национальному правительству Китая) в его борьбе с Японией. Она была первым частным лицом, получившим право выступить перед американским Сенатом и перед Палатой представителей. Еще более убедительным доказательством популярности мадам Чан Кайши в Америке стало то, что в Лос-Анджелесе она выступала перед залом, битком набитым голливудскими звездами.

В книге "Последняя императрица" многие главы посвящены, как и обещает подзаголовок, политической истории Китая. Эти главы (которые, разумеется, уводят читателя от увлекательных деталей личной судьбы маленькой правительницы) вызвали сильное раздражение у рецензента книги, критика Дуайта Гарнера.

"Ханна Пакула, конечно, проделала гигантский труд по исследованию истории Китая времен Чан Кайши, - говорит рецензент, - но изложение этой истории иногда похоже на изнурительный переход через монотонные монгольские степи".

Однако в том, что касается изложения китайской истории этого периода, важнее не стиль, а интерпретация событий. На действия зажатого между наступающими войсками японцев и бунтующими коммунистами правительства Чан Кайши оба - и автор книги, и ее рецензент - смотрят с безопасной колокольни своей устойчивой американской демократии. Гарнер цитирует смелого журналиста Теодора Уайта, писавшего в 1940-х годах: "Поведение Гоминьдана на публике безупречно. Его единственный недостаток - то, что его лидеры коррумпированы, его секретные службы безжалостны, его обещания ложны, и его ежедневная диета - кровь и слезы китайского народа".

Автор книги "Последняя императрица" Ханна Пакула упрекает в непонимании подлинной демократии и саму мадам Чан Кайши. Она согласна с мнением о ней Элеоноры Рузвельт, которая писала: "Однажды я спросила мадам Чан, что нам делать с воинственным лидером шахтерских профсоюзов Джоном Льюисом. Она не сказала ни слова, но ее маленькая красивая рука поднялась и сделала жест, перерезающий горло. Мадам Чан могла красиво говорить о демократии, но она не имела представления о том, как с ней жить".

Супруги Чан Кайши после победы коммунистов в 1949 году бежали на Тайвань. Туда коммунистов не пустили, и правительство Гоминьдана управляло островом до самой смерти Чан Кайши в 1975 году. После его похорон мадам Чан уехала в Нью-Йорк, где жила уединенно, окруженная слухами и сплетнями. В элегантной 18-комнатной квартире на Ист-Сайде с мадам Чан жили три собаки и 20 слуг. Говорили, что ее соседи по дому жаловались на сильные запахи китайской кухни и на тараканов, ползущих из ее квартиры. Ходили слухи, что шкафы в ее квартире полны золотых слитков.

Если вернуться от легенды мадам Чан Кайши к тому политическому режиму, символами которого стали она и ее муж, то нужно признаться, что с позиций гуманизма трудно защищать правительство, которое в 1927 году устроило "варфоломеевскую ночь" коммунистам, уничтожив за месяц 12 тысяч человек. Однако хотелось бы знать, что бы выбрали умудренные нынешним опытом китайцы в 1949 году: мрак ограниченной, неполной, жесткой тайваньской демократии Чан Кайши или свет маоцзедуновской "культурной революции", унесшей многие и многие миллионы жизней?..

Марина Ефимова, Радио Свобода.

На сайте установлена система Orphus. Если вы обнаружили ошибку, пожалуйста, сообщите нам, выделив фрагмент с ошибкой и нажав Ctrl + Enter. Ваш браузер останется на этой же странице.

Информация
Зарегистрированным читателям доступна функция комментирования публикаций. Обратите внимание: возможна авторизация через социальные сети.

ВКонтакте ОБСУЖДЕНИЕ

© 2009—2020, Тува.Азия - портал тувиноведения, электронный журнал «Новые исследования Тувы». Все права защищены.
Сайт основан в 2009 году
Зарегистрирован в качестве СМИ Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор), свидетельство о регистрации Эл №ФС77-37967 от 5 ноября 2009 г.

При цитировании или перепечатке новостей — ссылка (для сайтов в интернете — гиперссылка) на новостную ленту «Тува.Азия» обязательна.

Рейтинг@Mail.ru

География посетителей сайта