Есть такой вопрос - национальный...

На одном из летних заседаний Президиума СО РАН с научным докладом «Этносоциальные процессы во Внутренней Евразии» выступил Юрий Владимирович Попков, доктор философских наук, профессор, заместитель директора Института философии и права, зав. сектором этносоциальных исследований. Доклад вызвал большой интерес у присутствующих, надеемся, что интересен он будет и читателям.

Под этносоциальными процессами я понимаю развитие и взаимодействие этнических общностей, а под Внутренней Евразией имею в виду срединный евразийский мир — не только в географическом, но и в социокультурном отношении с акцентом на системе ценностей проживающих здесь народов.

Следует сказать, что проблема евразийства и евразийской цивилизации в последнее время заметно актуализировалась (в частности, в связи с кризисом цивилизационной идентичности России). Она весьма популярна и за рубежом. В США, например, существует множество центров евразийских исследований.

В докладе представлены не только мои собственные размышления, но и результаты многолетней работы небольшой (7 чел.) группы этносоциологов нашего института.

Основные вопросы, на которых я хотел бы остановиться: проблема этничности в условиях глобализации; тенденции этносоциального развития народов Сибири; ценностные доминанты массового сознания народов Внутренней Евразии; проблемы современной государственной национальной политики в России.

Хоббиты, эльфы и... сибиряки

Многие известные учёные рассматривают глобализацию как ведущую закономерность мирового общественного развития. Она характеризует процесс усиления взаимосвязи и взаимозависимости различных стран и народов и неизбежно ведет к нарастанию унифицирующих тенденций развития.

Особые тенденции связаны с формированием глобального информационного пространства, новой системы коммуникаций, социальных сетей, интернет-сообществ. Возникли новые механизмы воздействия на сознание и поведение людей, на их идентичность. Они являются мощным ресурсом преобразований, в том числе через манипуляцию общественным сознанием. Последние события в Северной Африке наглядно подтверждают это.

Казалось бы, в этих условиях происходит угасание этнической идентичности, размывание этнических общностей и групп. Многие исследования известных учёных выполнены в русле данной познавательной установки. Об этом красноречиво свидетельствуют, например, уже одни названия работ академика В. А. Тишкова: «Забыть о нации», «Реквием по этносу». Одновременно всё большее распространение имеет позиция конструктивистов, отстаивающих тезис, что этносов как реальных общностей нет, что этничность (национальность) — произвольный выбор человека.

Эти установки проникли в переписные листы, и по результатам переписи населения появились новые национальности: хоббиты, эльфы... Не так давно председатель Росстата заметил, что, возможно, придется вводить новую национальность сибиряков, потому что огромное число людей во время последней переписи в графе национальность написали именно её. Данная акция была специально организована опять же с помощью интернет-ресурсов. Это, конечно, полный абсурд. Сибиряки — региональная идентичность, а не национальная, но тем не менее мы наблюдаем такие явления.

Глобализация и этносы

Реальное противоречие заключается в том, что в условиях глобализации в ответ на унифицирующие тенденции появляется стремление представителей этнокультурных сообществ сохранять свою уникальность, возрождать традиции. Растёт уровень этнонационального самосознания, спрос на всё, что связано с этнической спецификой, интерес к традиционной культуре разных народов. Повсеместно наблюдаются актуализация этнической темы в кинематографе, возрождение традиционных национальных праздников, национальной кухни, оживление этнотуризма, рост популярности этнофестивалей, выставок...

Под воздействием глобализации происходит сближение, но одновременно сохраняются различия — расово-антропологические, языковые, культурные. Например, французы не хотят американизироваться — в стране очень жёсткий контроль за телевидением, киноиндустрией. Бретонцы во Франции не хотят быть французами. Шотландцы не хотят быть англичанами — на последних выборах в парламент победила националистическая партия, и они, скорее всего, будут ставить вопрос о выходе из состава Великобритании.

Я считаю, что этнические общности — реально существующие, устойчивые исторические образования. Этничность — важный, постоянно действующий фактор общественного развития, притом в разные исторические периоды она проявляет себя по-разному. Мы переживаем эпоху этнического бума, этнического ренессанса. В последнее время наблюдается такая тенденция — чем сильнее глобализация, тем востребованнее становится локальная специфика, глобальное и локальное взаимодополняют друг друга — возник феномен глокализации (термин ввёл английский социолог Роланд Робертсон). Учёные говорят о глоболокальных тенденциях и одновременно — об усилении неопределённости, факторов нелинейности и самоорганизованного развития в мире.

Это не умозрительное заключение — разные эффекты глоболокализации можно наблюдать непосредственно на улицах. Вот кадр, который сделан в Монголии 

Он очень характерен: в одной точке пространства, в один момент времени — кочевник на лошади, рядом автомобиль, на заднем плане виден профессиональный монгольский театр, а рядом — значок Всемирного фонда дикой природы — в Улан-Баторе есть его представительство.

Или ещё традиционная для Монголии картина, когда рядом с юртой мы видим современную технику, спутниковую антенну — здесь есть телевидение, мобильные телефоны.

Кочевники живут по-современному, при том, что их образ жизни в своей основе остался таким же, как и сотни лет назад. Монголия сейчас привлекает огромное внимание именно своей уникальностью — туда едут на поездах, самолетах, машинах, даже велосипедах. Я добирался в Улан-Батор на поезде, среди пассажиров было примерно пять процентов россиян, столько же монголов, а остальные 90 % — иностранцы. В мире сейчас очень большой интерес к «экзотике» и традиционной культуре.

Рыночные реформы и этносоциальное развитие

Мы сделали ряд теоретических выводов, как мне кажется, важных для понимания сложности и противоречивости современного развития. Глобализация и рост этничности — не обособленные, а взаимосвязанные и взаимообусловленные процессы. Развитие и расширенное воспроизводство любого этноса реализуется в процессе межэтнических отношений. Региональные системы межэтнических отношений образуют крупные полиэтничные социокультурные образования — локальные цивилизации, которые являются продуктом интернационализации — рефлексивного межэтнического взаимодействия. Многие исследователи этническое и цивилизационное развитие рассматривают как обособленные, не завязанные друг на друга. Мы считаем их взаимообусловленными: этносоциальные процессы составляют внутреннее содержание цивилизационного развития.

На этносоциальные процессы влияют многие факторы — и общие мировые тенденции, и экономическая и национальная политика государства, особенности регионального этнокультурного массива и протекающих здесь миграционных процессов, и исторический опыт совместного проживания разных народов. Начиная с 90-х годов самый мощный фактор для нашей страны и сибирского региона — это социально-экономическая и национальная политика государства. Под её влиянием проявили себя следующие негативные тенденции этносоциального развития: ренатурализация хозяйства как тенденция формирования экономики примитивного выживания в качестве основы существования больших масс населения (парадоксально, но факт: чем активнее насаждался рынок, тем более увеличивалось в объёмах натуральное хозяйство); деградация села, массовое и неконтролируемое перемещение наиболее энергичной и способной части сельского населения в крупные населенные пункты, усиление моноэтничности села; концентрация отдельных групп городского населения по этническому признаку; углубление внутренней дифференциации отдельных этносов по родо-племенному признаку; обострение внутренних противоречий, усиление борьбы за власть, активизация клановости; рост стратификации и разделения труда по этническому признаку; усиление социальных дистанций между представителями титульных и иных этнических групп по признакам представительства в органах власти, доступа к образованию и другим социальным благам.

Негативный образ мигранта

Происходит усиление латентной межэтнической напряженности, в том числе под влиянием усиливающихся миграционных процессов — у населения преобладает негативный образ мигранта.

Роль миграции очень существенна для этносоциальных процессов: происходит рост полиэтничности не только на глобальном, но и на локальном уровне. Меняется привычная этническая структура, расселение часто идёт по этническому признаку, усложняются межэтнические контакты. Возникают проблемы в школах, поскольку дети мигрантов порой не знают русского языка. За время реформ в национальных регионах Сибири произошло снижение общей численности и доли представителей славянских этносов, рост численности представителей тюркских народов, увеличение численности и доли всех титульных этносов, заметное увеличение численности тюркских народов, имеющих собственные государства за пределами России. В целом наблюдается заметное усиление влияния тюркского этнодемографического компонента в Сибири.

В Новосибирской области с конца 1980-х по начало 2000-х годов уменьшилась численность всех «традиционных» для области групп: русских, немцев, украинцев, татар, белорусов, казахов, евреев, чувашей. Зато заметно увеличились новые этнические группы: азербайджанцев, армян, цыган, корейцев, таджиков. Я не говорю, плохо это или хорошо — я фиксирую факты, которые обозначают новые обстоятельства жизни для населения.

Недоверие к власти

 На рубеже тысячелетий мы сделали экспертную оценку динамики этносоциального развития народов Сибири по двум десяткам показателей. Уже тогда обнаруживалась тенденция роста этнонационального самосознания и интереса к традиционным культурам и верованиям на фоне деградации материальных основ существования и ухудшения отношения к органам власти. Десять лет назад мы прогнозировали рост недоверия к власти, кризис гражданской идентичности, рост значимости этнонациональной идентичности, ослабление общенационального единства — именно то, что федеральные власти отчетливо осознали после событий на Манежной площади в Москве 11 декабря 2010 г. После этого были предприняты срочные меры, чтобы как-то поправить ситуацию. Но они в целом малоэффективны. Главная проблема в том, что власти не связывают кризис гражданской идентичности с деятельностью самой власти, с недоверием к ней со стороны населения.

Базисные ценности: сходства и различия

 Мы проводим этносоциальные исследования в разных регионах Южной Сибири, в Казахстане и Монголии, вместе с коллегами из этих регионов — без их участия осуществить такую работу было бы немыслимо. Опросили более 5,5 тысяч человек, в числе которых большая доля молодёжи. Акцент делали на выявление базисных ценностей. Так, высокой оказалась «полнота этничности»: большинство опрошенных представителей разных народов считает, что каждый человек должен осознавать свою национальную принадлежность, знать язык и культуру своего народа. Только у русских, судя по общим наблюдениям и опросам, уровень этнического самосознания ослаблен.

Другой важный вопрос, который мы попытались выяснить: какова в структуре населения доля последовательных сторонников либерально-рыночных ценностей и доля, условно говоря, «коллективистов». Оказалось, что последовательных либералов в массе населения практически нет, зато «коллективистов» от 20 до 30 %. Большая же часть людей — от 60 до 80 % — считают приоритетными евразийские ценности, т.е сочетание восточных и западных ценностей. Это касается в том числе молодёжи. Базисные ценности не меняются каждый год или даже каждое десятилетие, они представляют устойчивые образования, и мы их фиксируем. Хотя надо сказать, что либерально-рыночные реформы в том виде, как они проводятся у нас, нанесли серьёзный ущерб для целостности ценностного сознания людей.

Среди приоритетных ценностей у всех исследованных народов — здоровье и семья (причем, выяснился интересный факт: мужчины в большей степени нуждаются в женщинах в качестве жён, чем женщины в мужчинах в качестве мужей). Среди статусных ценностей — образование и дружный коллектив, поскольку большая часть населения сориентирована на коллективистские отношения.

Сходство показателей по большинству значимых ценностных ориентиров у всех исследуемых народов даёт основание делать вывод о существовании цивилизационной близости или даже единстве этих народов. Конечно, есть и различия, и мы их тоже фиксируем — это особенно важно, когда речь идет о конкретной политике.

Например, у всех этнических групп, кроме монголов, наибольшую важность имеет комплекс ориентаций на демографическую безопасность — здоровье, семья, образование. У монголов — на этническую мобилизацию (идентичность, язык, этнополитика). Ближе к ним в этом вопросе казахи и хакасы. Это понятно — хакасы, хотя и имеют национальную республику, составляют в ней всего 11 %, и для них пробраться во власть в таких условиях очень сложно. Для казахов национальные приоритеты находятся на первом месте, поскольку собственная государственность создана совсем недавно и провозглашены амбициозные перспективные задачи. Монголы в меньшей степени, чем все другие, ориентированы на высокий уровень благосостояния. Для них характерны аскетизм и стойкость в преодолении жизненных трудностей — кто бывал в Монголии, мог убедиться в этом.

Специальный анализ различий в ориентациях казахов и русских Казахстана показал, что у казахов формула приоритетов: «Нация — суверенитет — традиции», у русских: «Стабильность — законность — сотрудничество». Во всех регионах, где проводились исследования, самые большие потенциальные миграционные устремления — у русских. И это беспокоит. Что касается различий между монгольской и русской молодёжью, то монгольские студенты более активны, пассионарны, меркантильны и склонны к организованным действиям, у русских студентов эти ориентации менее выражены, они склонны к уходу в семью.

Более подробно результаты наших исследований опубликованы в монографиях «Российская цивилизация: сибирский ракурс» и «Евразийский мир: ценности, константы, самоорганизация». В последней, в частности, теоретически обосновано и подтверждено полевыми исследованиями, что этносоциальные общности Сибири и сопредельных территорий Внутренней Евразии интегрированы в цивилизационные взаимодействия в составе евразийского социокультурного мира, для которого специфичными являются ценности воли, творческого смешения культур, братство народов и пограничности бытия.

Арктическое направление

В последнее время актуальным и в какой-то степени приоритетным становится арктическое направление. В том числе и для Сибирского отделения. Мы занимаемся и проблемами Севера, в соавторстве с Е. Л. Тюгашевым написали книгу «Философия Севера», которую посвятили анализу взглядов выдающихся представителей гуманитарной мысли, начиная с античности, на роль Севера в развитии мировой цивилизации и места в ней коренных малочисленных народов Севера. И были удивлены тем, сколь многих мыслителей издавна волновала эта проблема.

В многонациональной России нет национальной политики

Ещё одна актуальная проблема — это государственная национальная (этнонациональная) политика, благодаря которой должно осуществляться управление этносоциальными процессами. Россия — самое многонациональное государство Европы, в ней проживает 180 народов и этнических групп, говорящих на 130 языках. Тема эта актуализировалась, повторю, в связи с событиями на Манежной площади в декабре 2010 года, которые показали, среди прочего, что национальный вопрос в России существует, и он не решён.

Отмечу наиболее значимые, на мой взгляд, проблемы существующей национальной политики, приводя в скобках результаты экспертного исследования, проведённого в мае 2011 года среди представителей структур управления из разных субъектов федерации Сибирского федерального округа, так или иначе занимающихся этими вопросами.

В многонациональной России сейчас нет специального министерства, которое было бы ответственно за национальную политику (Миннац ликвидирован в 2001 году (64 % экспертов из СФО считают, что такое министерство должно быть). В рамках Минрегионразвития существует департамент межэтнических отношений, в ведение которого входит решение данных проблем, но они не являются приоритетными для министерства, в департаменте работает менее 40 человек.

Несколько лет назад была подготовлена, но до сих пор не принята современная концепция государственной национальной политики (97 % экспертов считают, что она должна быть). Нет и необходимой, и достаточной законодательной базы — один общий закон «О национально-культурной автономии» и три закона о коренных малочисленных народах Севера (при этом Закон «О территориях традиционного природопользования» не действует — за 10 лет существования не образована ни одна территория).

Можно сказать, что отсутствует финансирование государственной национальной политики — в 2011 году было выделено целевым образом всего 80 млн руб. — исключительно на мероприятия, посвященные второму Десятилетию коренных народов мира. Есть небольшое финансирование по линии поддержки российских немцев. Выделяются некоторые средства на решение отдельных проблем в рамках других министерств. Но, в общем, это не серьезный подход. (Для сравнения: на строительство дороги от МКАД до Сколково протяжённостью чуть более 5 км израсходовано около 6 млрд руб.).

В целом можно говорить об отсутствии осмысленной, ответственной, целенаправленной этнонациональной политики (так считают 83 % экспертов из СФО). Это означает, что этносоциальные процессы развиваются стихийно. И отсутствие крупных эксцессов — заслуга не политики, а нашего населения, которое проявляет мудрость и благоразумие.

Актуальная задача — не только пропаганда, на что делает упор федеральная власть, но и формирование гражданской идентичности. Нельзя заставить людей любить страну и быть патриотами одной лишь пропагандой и провозглашением России единой нацией. Главной задачей органов власти должно стать проведение такой политики, которая не на словах, а реально делает жизнь в стране комфортной и благополучной для основной массы населения. Надо создать такие условия, которые способствуют гармоничному сочетанию гражданской, региональной и этнической идентичности. Человек должен гордиться и тем, что он русский или казах, и тем, что он сибиряк, и тем, что он гражданин России.

В. Михайлова, «НВС»

Фото Антона Попкова.