Аржан-1 и Аржан-2: сравнительный анализ

Аннотация:  Сравнение материалов погребений Аржан-1 и Аржан-2 показывает значительное сходство между памятниками в концептуальном подходе к устройству элитного погребального комплекса. Между ними есть хронологический промежуток: Аржан-1 открывает «царский» могильник, а Аржан-2 завершает его.

 Ключевые слова: Центральная Азия, Аржан-1, Аржан-2, погребальный комплекс, сравнительный анализ, компонентный подход.

Arzhan-1 and Arzhan-2: the comparative analysis

 K. V. Chugunov

 Abstract: Comparing materials of burials Arzhan-1 and Arzhan-2 reveals considerable similarity between the monuments in conceptual approach to the layout of an elite funeral complex. There is a chronological interval between them: Arzhan-1 opens "an imperial" burial ground, and Arzhan-2 finishes it.

 Keywords: The Central Asia, Arzhan-1, Arzhan-2, funeral complex, the comparative analysis, the componental approach.

В Туве к настоящему времени исследованы два объекта, относящиеся к высшему социальному слою номадов Центральной Азии - Аржан-1 и Аржан-2. Материалы первого памятника, раскопанного в 1971-74 гг. М. П. Грязновым и М. Х. Маннай-оолом, позволили по-новому по­ставить вопрос об азиатских истоках раннескифского культурного комплекса и вызвали серию дискуссий.

Погребально-поминальный комплекс Аржан-2, исследованный с 2000 по 2004 гг. Центрально-Азиатской экспедицией Государственного Эрмитажа в рамках совместного проекта с Германским археологическим институтом, расположен в 9 км от первого кургана и входит с ним в одну «царскую цепочку» визуально однотипных насыпей.

Научная литература, посвященная кургану Аржан-1, огромна, что избавляет от необходимости приводить подробное описание этого комплекса и его материалов, однако для дальнейших сопоставлений необходимо кратко охарактеризовать его. Диаметр кургана до разрушения и раскопок составлял 120 м при высоте в 4 метра. Под сильно разрушенной каменной кладкой была зафиксирована уникальная деревянная конструкция, состоящая из системы наземных срубов и клетей. Памятник был сильно ограблен, но в результате исследований получена значительная коллекция материалов, происходящих, в основном, из остатков захоронений почти 160 лошадей, погребенных в клетях вокруг центрального сруба. Найдено также оружие и великолепные предметы прикладного искусства.

Последней работой, где подробно и во многом по-новому рассматривается этот памятник, явилась монография Д. Г. Савинова. При его анализе он предложил «разделить материалы Аржана на несколько независимых позиций: 1) архитектурные особенности сооружения; 2) погребальный обряд, состав и положение погребенных; 3) сопроводительные конские захоронения; 4) инвентарь, в том числе - произведения изобразительного искусства». Такой компонентный подход представляется весьма продуктивным, особенно при сравнении двух статусно близких погребальных комплексов. Сопоставим материалы Аржанов-1 и 2 последовательно по перечисленным позициям.

Оба комплекса входят в «цепочку» из четырех визуально однотипных насыпей. При этом, исследования выявили различные архитектурные приемы, использованные при их возведении. На первый взгляд памятники конструктивно резко отличаются друг от друга. Однако наблюдения, сделанные при раскопках Аржана-2, позволяют выявить некоторые соответствия концептуального характера. Опираясь на эти наблюдения, не вызывает сомнения предположение Д. Г. Савинова, что в Аржане-1, вероятно, также существовал обводной коридор, опоясывающий его вокруг. Тот факт, что он был впоследствии заложен каменной кладкой, свидетельствует о дискретности формирования Аржана-1 как погребально-поминального комплекса. Вероятно, этапы его строительства не были прослежены из-за сильных разрушений наземного сооружения памятника. Вывод М. П. Грязнова о том, что часть захоронений коней - приношения от «иностранных владык», которые едва ли могли быть доставлены единовременно ко дню похорон, косвенно подтверждает это предположение. Заметим, что размеры деревянного наземного сооружения, которое окружал реконструируемый коридор, не намного превышают диаметр Аржана-2 - около 80 м.

Учитывая дискретность строительства Аржана-1, рассмотрим еще раз планиграфию комплекса. Клети наиболее правильных прямоугольных очертаний расположены к востоку - юго-востоку от центра кургана. Именно с них, как прослежено авторами раскопок, началось строительство деревянных конструкций вокруг основного захоронения. Здесь, а также в камерах, расположенных к югу от центра, были найдены кони с псалиями «аржанского типа». Каким образом заводили в них жертвенных животных? На этот вопрос ни в одной из публикаций, посвященных Аржану-1, ответа нет. Между тем, один из авторов раскопок замечает, что треугольные пространства между камерами застраивались в последнюю очередь. Здесь сооружались некие подобия срубов, «особенно в юго-восточном секторе». Можно предположить, что именно здесь, на месте камер 22 - 24 и 39 - 44, на определенном этапе был проход для коней «аржанского племенного союза». Такая локализация соответствует перестроенному участку ограды Аржана-2. Возможно, что аналогичные проходы были и в северной половине кургана. Через них могли заводить животных, захороненных с «нетипичными» псалиями. Возможно так же, что северо-западные клети были достроены позднее. На это может указывать перекрывание квадратной конструкции в центре бревнами камер, примыкающих к ней с запада и севера, не зафиксированное с юга и востока.

Еще одно концептуальное соответствие между двумя памятниками - находка над камерой 34а, расположенной к северу от центрального сруба, фрагмента оленного камня. Стела, зафиксированная в северной точке кромлеха Аржана-2, вероятно, несла ту же смысловую нагрузку.

Расположение дуги ритуальных сооружений к востоку от Аржана, их конструкция в виде «башен» высотой до 80 см, найденные там кости лошадей - все это соответствует аналогичным конструкциям около Аржана-2. Возможно, не случайно в обоих комплексах начало дуги фиксируется напротив южной точки кургана.

Наконец, сравним устройство погребальной камеры основного захоронения в обоих курганах. Как явствует из описания и опубликованных разрезов центрального сруба Аржана-1, стены его были установлены на отесанные бревна пола, лежащие на двух слегах. Этот сруб находился внутри второго, чуть больших размеров. М. П. Грязнов пишет, что «стены срубов примыкают одна к другой почти без просвета». Таким образом, можно констатировать, что погребальная камера основного захоронения в виде сруба с двойными стенами зафиксирована в обоих курганах.

Переходя ко второй позиции сопоставлений - рассмотрению погребального обряда, состава и положения погребенных, сразу же отметим один существенный момент. На сегодняшний день нет квалифицированных антропологических определений костей погребенных в кургане Аржан-1. При сравнении мы можем оперировать определениями и предположениями М. П. Грязнова, учитывая плохую сохранность и, иногда, полное отсутствие костей в могилах Аржана-1.

Принимая во внимание тот факт, что в Аржане-2 исследован не потревоженный комплекс (могила 2) с захоронением в отдельном срубе ритуального набора украшений коня, не исключено, что сруб-колода в камере 9 Аржана-1 не предназначался для погребения человека. Расположение этого сооружения к северу от центра соответствует местонахождению в Аржане-2.

Учитывая приведенные выше соображения, сравним захоронения в обоих курганах. В Аржане-1 в тринадцати погребальных сооружениях (не считая камеры 9) найдены кости 15 человек. В срубе могилы 2, судя по остаткам сопроводительного инвентаря, тоже было захоронение. Соответственно можно уверенно говорить о 16 погребенных. В Аржане-2 в двенадцати захоронениях обнаружены останки 18 человек. Из них два - дети младенческого возраста. Если их не учитывать, то получится, что количество захоронений взрослых людей в каждом из двух курганов совпадает. Более того, полностью соответствует и распределение сопроводительных могил внутри обоих курганов. В Аржане-1 вокруг сруба в камере 1 было захоронено 8 человек. Такое же количество людей погребено в пределах первичного сооружения Аржана-2. На периферии от центра в камерах 13 и 31 первого кургана найдены кости 6 человек, а в коридоре между стеной и кромлехом второго - такое же количество погребенных.

Погребальная поза захороненных в Аржане-2 людей достаточно стандартна - всегда на левом боку, с согнутыми ногами. Левая рука погребенного, как правило, вытянута к коленям, правая - согнута в локте. Ориентированы похороненные люди головами в северо-западный сектор. Строго на запад головой уложены погребенные в двух случаях - в могиле 24 (безынвентарное погребение убитого мужчины) и в могиле 11 (младенец в колоде). Можно предположить, что тонкостям ориентировки могил придавался определенный смысл, так как именно эти захоронения в комплексе, вероятно, носили жертвенный характер.

Положение погребенных в Аржане-1 установлено лишь в нескольких случаях - в сильно скорченном положении, руки согнуты в локтях, кисти - перед лицом. В одном случае скелет лежал на правом боку, в остальных - на левом. Как справедливо отметил Д. Г. Савинов, это - «классическая андроновская поза». Такого положения не имел ни один погребенный в Аржане-2 человек.

О некоторых общих моментах в размещении на площади кургана конских захоронений уже сказано при анализе конструктивных особенностей курганов. Добавим, что кони в Аржане-2 были также ориентированы головами к центру кургана. Учитывая, что в нашем случае здесь не было могилы, можно предположить, что на этапе их захоронения в центре первичного сооружения уже стоял оленный камень. Здесь, как и в Аржане-1, были захоронены жеребцы, на скелетах которых какие либо следы умерщвления не зафиксированы. Почти все комплекты узды, найденные в конском захоронении Аржана-2, однотипны. Тем не менее, на основании проведенного генетического исследования костей, показавшего принадлежность жеребцов разным табунам, можно предположить аналогичный Аржану-1 подбор животных для жертвоприношения.

Снаряжение, найденное с захороненными лошадьми, в двух курганах типологически различно. Полностью аналогичны только украшения хвостов лошадей, выполненные из прямоугольной золотой пластины с отверстиями по краям. Единственный комплект узды лошади 1 из могилы 16 Аржана-2, отличный от других, включал удила с дополнительным отверстием в нижней части стремевидного окончания и стержневидные слабоизогнутые трехдырчатые псалии. Похожие удила найдены в Аржане за восточной стенкой центрального погребения в камере 1. Однако сходство ограничивается лишь наличием дополнительного колечка. На этом изделии они находятся под стремевидными окончаниями звеньев, в то время как на удилах из Аржана-2 колечки расположены внутри стремечка. Вероятно, в Аржане-1 типологически исходная форма такого типа изделий. На это указывает и моделировка стержней в виде перекрученных ремней, имитирующая мягкие удила. Но в комплексе Аржана-2 присутствуют удила, широко представленные в первом кургане. Это два экземпляра удил со стремевидными окончаниями, происходящие из клада 2 и лежавшие на перекрытии каменного ящика могилы 14. Отметим только, что все 18 экземпляров удил из Аржана-2 имеют гладкие грызла в отличие от удил из первого кургана, где встречается рельефный орнамент. Псалии, найденные в могиле 16, за исключением упомянутого комплекта, все напускные, с изогнутым стержнем. Окончания стержней, выполненные в виде приостренного восьмигранного выступа в верхней части и приостренной же, слегка вытянутой рамки в нижней части изделия, вызывают некоторые ассоциации с окончаниями псалиев «аржанского типа». Они заключаются только в традиции акцентирования определенных частей этих предметов.

Рассмотрев принадлежности конского снаряжения, перейдем к сравнению других категорий материального комплекса из двух курганов. Если исключить такие широко распространенные в раннескифское время украшения как бирюзовые бусы, то аналогичных изделий не много. Из украшений к таким вещам относятся золотые пронизи из скрученной спиралью проволоки, найденные в могиле 2 Аржана-1 и в основном захоронении Аржана-2.

В плане хронологического соотношения двух памятников, очень важно сопоставить предметы вооружения. Найденный в Аржане-1 втульчатый чекан, в принципе, соответствует по типу чеканам из второго кургана. Однако заметим, что у всех изделий из Аржана-2 обушки плоские в сечении без отверстий, в отличие от круглого с овальным отверстием в обухе в Аржане-1. Кроме того, у двух чеканов под бойком - голова птицы, чего нет у оружия из первого кургана.

Показательно, что среди найденных в кургане Аржан-1 серии наконечников стрел (48 экземпляров), только один бронзовый может быть соотнесен со стрелами из сопроводительных могил Аржана-2. Это найденный в могиле 4 втульчатый ромбический в сечении наконечник со сводчатой формой головки и шипом в ее основании. Подобные, но не абсолютно идентичные формы, встречены в колчане из могилы 25 и кладе 2. Существенное отличие стрел из Аржана-2 - шипов в их основании два и образованы они продолжением боковых граней. При этом, наконечник такого типа из клада 2 гораздо меньших размеров. Отметим, что набор наконечников из Аржана-1 выделяется из всех известных комплексов полным отсутствием группы черешковых наконечников и архаичностью представленных типов стрел. Почти все они (за исключением описанного выше) имеют прототипы в изделиях эпохи бронзы.

Еще одна важная категория материала, представленная в обоих курганах, это произведения изобразительного искусства. Широко известные бронзовые и роговые образцы звериного стиля из кургана Аржан-1 не имеют точных соответствий в огромном комплексе изделий прикладного искусства, обнаруженном в Аржане-2. Среди многочисленных изображений кошачьего хищника ни одно из них не аналогично знаменитой свернувшейся «пантере». То же самое можно сказать и о фигурах баранов на навершиях, и о скульптурной головке лошади - образы этих животных в комплексе Аржана-2 выполнены совсем иначе.

Несколько иная картина вырисовывается при сопоставлении петроглифических изображений, найденных в Аржане-2, с фигурами животных, выбитыми на оленном камне из первого кургана. Олени и кабаны, показанные на обломке стелы в профиль, со свисающими вниз ногами, изображенные контурной линией и сплошной выбивкой, дали (вместе с аналогичными литыми рисунками на бухтарминском зеркале с Алтая) название наиболее раннему пласту скифо-сибирского искусства - аржано-майэмирский стиль. Именно в этом стиле выбиты многие изображения на плитах из Аржана-2. Совпадение манеры исполнения большинства рисунков доходит до тождества.

Плиты с петроглифами можно разделить на две группы - использованные вместе с другими камнями как строительный материал и сознательно помещенные в контекст погребального комплекса. Вторая группа, возможно, также была принесена и помещена в курган в уже готовом виде. Во всяком случае, местоположение камней с петроглифами в Аржане-2 не дает возможности уверенно утверждать изготовление их специально для этого комплекса. Таким образом, найденные в комплексе Аржана-2 петроглифы, выполненные в аржано-майэмирском стиле, могут быть синхронны Аржану-1, что само по себе указывает на относительное положение двух памятников на хронологической шкале.

Между тем, можно утверждать, что традиция аржано-майэмирской стилистики не была забыта в период формирования комплекса второго кургана. Об этом говорит одно из изображений оленя, выбитое в несколько отличной от прочих рисунков манере. Кроме того, навершие мужского головного убора из основного захоронения кургана выполнено в виде стоящего «на цыпочках» оленя в классической аржано-майэмирской манере. Так же моделирована фигура барана на стержневидной застежке портупеи чекана.

Подведем итог сравнительного анализа двух «царских» комплексов, исследованных в долине Уюка. Идея захоронения вождя воплощалась в обоих случаях разными приемами, но проведенное сравнение показывает значительное сходство между памятниками в концептуальном подходе к устройству элитного погребального комплекса. Почти полное отсутствие параллелей в материальном комплексе свидетельствует об определенном хронологическом промежутке между ними, причем совершенно очевидно, Аржан-1 открывает «царский» могильник, а Аржан-2 завершает его. Таким образом, констатируя определенную преемственность между двумя элитными комплексами, можно сделать ряд выводов.

Аржан-1 обнаруживает несомненную связь с предшествующей эпохой. Она выражена:

- в конструкции наземного сооружения, восходящей к херексурам Центральной Азии;

- в традиции захоронения покойников в сильно-скорченном положении;

- в материальном комплексе, в частности, в оружии, некоторые типы которого восходят к изделиям Северных провинций Китая. При этом не исключены и Западные компоненты, отразившиеся в украшениях узды, аналогичных Хасанлу;

- в традициях искусства звериного стиля, вопрос происхождения которых во многом еще открыт, но наиболее ранние твердо-датированные образцы которого происходят опять же из памятников Китая эпохи Западного Чжоу.

Что касается Аржана-2, то можно утверждать генетическую связь его комплекса с Аржаном-1, выразившуюся в сохранении некоторых традиций погребального обряда и искусства. В то же время изменения материального комплекса, в частности таких важнейших компонентов, как конское снаряжение и вооружение, произошло, вероятно, под влиянием более западных областей степи (Казахстан, Семиречье). Последние находки казахстанских коллег свидетельствуют, что на это указывают не только черешковая группа наконечников стрел и напускной способ сопряжения уздечного комплекта, но и традиции в искусстве звериного стиля.