Народная революция в Туве: где миф и где реальность?

Аннотация: в публикации поднимается вопрос о самом большом идеологическом мифе истории Тувы новейшего периода - тувинской народной революции.

Ключевые слова: народная революция, история Тувы, пропаганда, миф, реальность, трактовки.

People's revolution in Tuva: what is myth and what is reality?

N. Mollerov

Abstract: Tuva's People's Revolution as the biggest ideological myth in the history of Tuva of the newest period is raised in the current publication.

Keywords: National revolution, history of Tuva, propagation, myth, reality, treatments.

В историческом тувиноведении долгое время доминировала умозрительная концепция народной революции 1917-1921 гг., полученная методом трафа­ретного наложения марксистской теории классовой борьбы и учения о социаль­ной революции на действительность традиционной коче­вой Тувы. Была, каза­лось бы, апробированная теоретическая схема, да необычным ока­зался материал, на который она никак плотно не накладывалась - всюду бугрилась и топорщилась. Трактовка дви­жущих сил, этапов, хронологических рамок, характера революции - все это вызывает сомнение.

Концепция тувинской революции, как и вся историография Тувы, базировались на формационном походе, который сам по себе, без дополнения цивилизационным (культурно-историческим, мен­тальным) подходом, отражает действительность (циклическое время, отсутствие революционной политической субкультуры) не­адекватно. Между тем учение о революции переносило тувинцев в иное, линей­ное (формационное) измерение, когда время выпрямлялось, резко ускорялся его ритм. И это ускоре­ние надо было прочувствовать, при­выкнуть к нему, преодолеть воз­никающий по его причине пси­холо­гический дискомфорт. Только времени на это кочевой Туве отведено не было. А значит, и говорить о революционной политической культуре аратов того времени просто наивно.

Пропа­ганда идей классовой борьбы, начавшаяся, как утвер­ждается в ре­гиональной историографии, с момента переселения в Туву культур­тре­геров марксизма - русских крестьян и рабочих, на­чала звать тувинцев в новые неизведанные дали. Трудности веде­ния такой пропаганды по указанной выше причине огромны, по­скольку речь идет о попытке преодоления вековых стереотипов, а успехи были минимальны и главным образом достигнуты за счет обработки маргиналов-пауперов.

Да и агитаторов среди переселен­цев было не так уж много: переселялся главным образом зажиточ­ный элемент, а рабочие нахо­дились в глухих, малолюдных местах на приис­ках. Наплыв кресть­янской бедноты в Туву  был незадолго до революции в России. Так что времени, чтобы распропагандировать тувинцев у этой категории пе­реселенцев не было.

В кандидатской диссер­тации этнополитолога Н. П. Москаленко, тувинская ре­волюция отнесена к разряду мифов. В ней в частности отмечено, что для утверждения об участии «революционно настроенного арат­ства» в создании тувинского государства, оснований и документаль­ных данных не имеется. Высказанные автором соображения можно под­кре­пить новыми аргументами.

Правом решающего голоса на Великом учредительном хурале пользовались 6 удельных князей, 6 помощников князей, 46 чиновни­ков и только 6 аратов. В состав правительства во главе с амбын-ной­оном были избраны 5 князей и 2 крупных чиновника. Тем не менее, в  литературе можно нередко встретить утверждение, что до 200 аратов, якобы, принимали актив­ное участие в работе съезда, но по протоколу этого не видно. Эта натяжка понадоби­лась, чтобы изме­нить точку зре­ния на активное участие феодалов в работе Хурала, представить дело таким образом, что все решения принимались по­давляющим большинством аратских представите­лей.

Натяжки и другие следы подгонки под схему - в из­ложении тех или иных событий можно встретить на каждом шагу даже в со­лидных по тем временам изданиях. По мнению Ю. Л. Аран­чына, «Всетувинский учредительный хурал возвестил о победе Ту­винской народной революции», хотя ни о чем подобном на съезде не гово­рилось. Так, один из членов советской делегации П. С. Медведев, выступая на Всетувин­ском уч­редительном хурале (съезде) с докладом о поло­жении в Урянхае, говорил об освобождении Тувы Ок­тябрьской революцией, но ни слова не сказал о ту­винской революции.  В «Истории Тувы» (М., 1964. Т.2. С. 80) говорится, что в 22 параграфах конституции 1921 г. «кратко излагались завоевания революции», а в параграфе 8 «был подтвержден антиимпериалистиче­ский характер Тувинской национально-осво­бодительной револю­ции». На самом же деле и в первой тувинской конституции о рево­люции не сказано ни слова.

«Советское правительство в своем сообщении (14 сентября 1921 г.) горячо приветствовало победу Народной революции и об­разование нового государства...» - сказано в «Очерках Тувинской областной организации КПСС». Но в названном документе о рево­люции даже не упоминается.

Казалось бы, столь важное событие должно отмечаться как национальный праздник. Но в 20-е годы в Туве такого праздника не существовало. Только в 30-40-е годы, когда к власти пришли «левые», - по сути дела, люди уже другого, более молодого поколения,  зазвучали упоми­нания о революции, начало которой положил Всетувинский учреди­тельный хурал 1921 г. (то есть в их представлении Хурал не завершал, а только начинал революцию). Так, на открытии объединенной юбилейной сессии Малого Ху­рала трудящихся ТНР и Малого Хурала трудящихся г. Кызыла со­вместно с республиканскими партийными и общественными органи­зациями, посвященной 20-летию ТНР, 7 августа 1941 г. видный государственный деятель ТНР А. Х. Анчима в своей вступительной речи назвала первый Великий Хурал (т.е. Всетувинский учредительный хурал) «началом победоносной на­ционально-освободительной революции». За 20 лет, сказала она, ту­винский народ «коренным образом перестроил страну, добился пе­рерастания национально-освободительной революции в социалисти­ческую».

Таким образом, трактовка исторических событий в Туве 1917-1921 гг. в духе народной революции не имеет под собой серьезных оснований. Она совершенно умозрительна и не имеет под собой фактологической базы. Глубокие коренные преобразования в Туве происходили уже позднее под влиянием Советского Союза. Если не по форме, то по содержанию они были на самом деле революционными.